Туристический путиводитель

Появление второй мемориальной доски, посвященной одному й тому же событию, было не чем иным, как еще одним проявлением национального самоутверждения и того националистического духа, который в ту пору царил не только в Лиме, но и во .всей стране. Это была своеобразная попытка доказать, что перуанцы могли освободиться от испанского колониального ига сами, собственными силами, без посторонней помощи и без «иностранных военачальников», пусть даже речь шла о таких выдающихся лидерах осободительной борьбы, как Боливар или Сан-Мартин.

На первый взгляд это может показаться не столь существенным. Но для перуанцев вопрос национального самоутверждения имел и имеет очень большое значение, и понять это можно, только пожив в их стране, познакомившись с их историческим прошлым и духовной жизнью, проникнув в их образ мыслей. Мне не раз доводилось слышать от моих собеседников, что Перу, мол, находится в «невыгодном положении» по сравнению с другими латиноамериканскими странами в том смысле, что в ходе освободительной борьбы против испанцев она не выдвинула ни одного выдающегося военачальника, который мог бы по своим историческим заслугам сравниться с Сан-Мартином, Сукре, О'Хиггинсом, Нариньо, Артигасом. Вместе с тем, как сказал однажды в беседе Мануэль Гальвес де Рейна, сотрудник отдела общественных связей Лимского муниципалитета, перуанцы не хотели «бесконечно быть освобожденными аргентинским генералом». Вклад перуанского народа в борьбу за свою независимость, с жаром подчеркнул тогда Рейна, был «во всяком случае не меньшим, нежели вклад Сан-Мартина и его отряда, просто историки его еще мало

изучили». Скорее всего по этой причине и возникла щекотливая ситуация, при которой нельзя было просто убрать старую мемориальную доску, установленную в прошлом веке, где значилось, что независимость Перу была провозглашена генералом Сан-Мартином. Это было бы произвольным перечеркиванием общеизвестного и общепризнанного исторического факта и к тому же недружелюбным жестом по отношению к Аргентине. Тогда-то, видимо, и было принято соломоново решение, в силу которого здание Муниципального дворца украшают теперь две мемориальные доски, по-разному трактующие одно н то же историческое событие.